Обсуждение: "о защите по уголовным делам"

YURISTAT  BLOGGER:  Правовой дискурс на блогах системы YURISTAT GROUP

ЧТО ДОЛЖЕН УМЕТЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ЗАЩИТНИК ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ?

ДОСТАТОЧНО ЛИ ЗНАНИЯ ЗАКОНОВ ДЛЯ ОКАЗАНИЯ КВАЛИФИЦИРОВАННОЙ ЗАЩИТЫ?

КАК УБЕДИТЬ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ, ПРОКУРОРОВ И СУДЕЙ В ПРАВОТЕ ЗАЩИТНИКА?

 

На блогах YURISTAT GROUP BLOGGER мы обсуждаем актуальные вопросы профессиональных знаний, умений и навыков практикующих юристов в сфере уголовного судопроизводства.

В частности, обсуждается проблематика качества услуг, предоставляемых адвокатами защитниками по уголовным делам. Известно, что всё больше и больше наших граждан начинают понимать, что обращение к адвокату не всегда гарантирует получение квалифицированной юридической помощи. Зачастую бывает – наоборот. Но, если вред, причиненный гражданину из-за отсутствия адвоката на следственном действии или в суде, может принести пользу (!), то, присутствие ничего не делающего адвоката, может обернуться невосполнимым ущербом интересам гражданина, которому якобы оказывал юридическую помощь присутствующий, но, бездействующий адвокат.

Второе, на что обращали внимание опрашиваемые нами граждане, - то, что не только безупречное знание законов отличает юриста профессионала от основной массы граждан, включая лиц, формально-номинально имеющих диплом о высшем юридическом образовании. По мнению опрошенных, профессиональный юрист отличается тем, что не только знает, но, может правильно применять свои знания.

 Итак, что же отличает юриста профессионала от просто юриста?

Всю проблематику профессиональной юридической деятельности мы не сможем охватить, поэтому будем освещать различные её аспекты, связанные с оказанием квалифицированной юридической помощи по уголовным делам…

Для этого мы задали нашим экспертам несколько вопросов о том, каким образом профессиональный юрист обеспечивает качество своих услуг…

 

Своим мнением по некоторым вопросам делится методист по уголовным делам, руководитель Секции методики и методологии правоприменения в уголовном судопроизводстве Консультативно-методического (учебного) Центра «ЮРИСТАТ» - Козлов Александр Михайлович:

Эти вопросы задаются не одну тысячу лет и ответы на них искали самые выдающиеся правоведы, ораторы и мыслители. И сегодня появляются публикации, посвященные исследованиям критериев квалифицированной юридической помощи.

Если говорить об отличительных профессиональных качествах юриста, осуществляющего защиту и представительство по уголовным делам, то, безусловно, первое – это обширные познания по вопросам действующего законодательства. Это не только материальное и процессуальное уголовное право, но, и смежные правовые отрасли. Каждое уголовное дело требует всё новых и новых знаний, что является побудительным фактором к постоянному пополнению базы знаний практикующего юриста. При этом мы говорим не о формальном знании текстов нормативных актов, а об умении соотносить нормативные предписания с реальным, фактическим поведением граждан, их взаимоотношениями между собой, расценивая эти действия как правомерные или неправомерные, подпадающие под уголовно-правовые санкции  или не подпадающие.

Что же касается иных аспектов проявления профессионализма, то, они во многом схожи с критериями подготовленности представителей других профессиональных областей специальных познаний, а не только сферы юриспруденции. Например, подготовленность адвокатов к осуществлению защиты и оказанию помощи по уголовным делам различается в той же мере, в какой различается подготовленность, например, медицинского работника к оказанию медицинской помощи.

Поскольку эти вопросы достаточно объемные, мы остановимся на такой качественной особенности юридической профессии, как коммуникативность, т.е., мы затронем проблематику умения юриста общаться, отстаивать свои интересы и защищать интересы своего клиента, убеждать своих процессуальных противников и субъектов принятия процессуальных решений по уголовным делам в убедительности своих доводов.

Мы имеем в виду не обыденное, а профессиональное общение, как реализацию юристом своего предназначения по оказанию правовой помощи. Актуальность сказанного обусловлена тем, что юридическая профессия – это в значительной степени мыслительные процессы. Обычно, мы наблюдаем только их результаты в виде слов, поступков, письменных юридических документов, по которым можем оценивать умственные способности юриста. Зная это, профессиональный юрист должен весьма осторожно относиться к проявлению вовне своих эмоций, чувств, мыслей, чтобы избежать создания о себе нежелательного, негативного мнения. Ведь достаточно одного слова, неосторожной фразы, чтобы надолго подпортить тот образ профессионала, который юрист создавал с большим трудом.

Мы знаем, что умение говорить – главное оружие юриста профессионала.

А слова, в свою очередь, - это внешнее выражение его мыслей.

И действительно, умение правильно мыслить – это внутреннее состояние юриста. А в практической деятельности необходимо выражать свои мысли вовне. И оказывается, что это не так-то легко сделать. Можно всесторонне продумать какую-то идею, но, столкнуться с непреодолимым препятствием в виде невозможности объяснить свои мысли собеседнику. На одном из блогов я сказал, что невозможно убедить тех, кто не слушает… Либо слушает, но, не понимает говорящего… Либо если даже и понимает, но, не подчиняется по различным причинам психологического характера (психических установок)…

В этом заключена основная проблема коммуникации – добиться того, чтобы адресат правовой коммуникации воспринял внешнюю информацию адекватно её пониманию внешним источником.

Поэтому, являясь одной из дискуссионных, проблема непонимания прочно вошла во многие научные теории, затрагивающие вопросы логики аргументации, психологии общения, философии познания, не говоря уже о многочисленных прикладных направлениях, из которых назовем основы судебной риторики и судебное красноречие.

Неопределенность теоретических изысканий подпитывается крайне противоречивыми примерами из существующей практики.

Достаточно записать выступление рядового адвоката в суде и затем прослушать, чтобы убедиться в наличии многочисленных дефектов, ухудшающих юридическую речь, как особый, сложный и, вместе с тем, основной инструмент правовой коммуникации.

Критерии качества относятся и к содержанию, и к построению, и даже к эмоционально-звуковым характеристикам речи оратора. Достаточно сказать, что бедное по словарному запасу, плохо слышимое, с дефектами речи, путанное по своим смысловым частям выступление вряд ли произведет впечатление. Вместе с тем, энергичное, эмоциональное выступление может произвести неизгладимое впечатление, даже если содержательно оно будет не столь безукоризненным в юридическом смысле. Этим объясняется умение многих исторических персонажей повести за собой массы людей, особенно, малообразованных, ущемленных в возможностях доступа к объективной информации, знаниям и иным благам цивилизации.

Если же речь адресована юристам профессионалам, например, судьям, то, противоречивое, бездоказательное, декларативно-пафосное выступление окажется малопродуктивным, что также не учитывается многими судебными ораторами.

Разновидностью юридического общения является письменная речь, т.е., мысль, передаваемая в юридических текстах, в процессуальных документах.

Учитывая ограниченный формат нашей дискуссии в вопросно-ответном интернет-блоге, мы пока оставим в стороне такую важнейшую часть работы юриста, как подготовка письменных юридических документов (это могут быть ходатайства, жалобы, запросы, исковые заявления, отзывы на иск, правовые заключения, договоры, решения и т.п.). В том числе, мы оставим в стороне вопросы, затрагивающие нормы международного права, например, при составлении Жалобы в Европейский Суд по правам человека. Мы остановимся на коммуникативных аспектах юридической деятельности, обусловленных вербальными средствами межличностного общения.

К неотъемлемому качеству профессионального юриста мы должны отнести умение формулировать свои мысли таким образом, чтобы языковыми средствами донести их до аудитории, до каждого отдельного слушателя (отсюда правило об однородности состава аудитории слушателей).

Иными словами, юрист профессионал должен уметь одинаково хорошо и мыслить, и говорить (письменную речь мы будем понимать как разновидность устной речи, зафиксированной на бумажном или ином носителе информации).

Тем самым основная цель юридической коммуникации должна заключаться в том, чтобы, во-первых, адекватно выразить свои мысли вовне, чтобы донести их до адресата в точном смысловом значении. И, во-вторых, добиться того, чтобы эти мысли адекватно были восприняты внешними адресатами юридической коммуникации (отсюда правило – знать состав своей аудитории слушателей).

В противном случае мы наблюдаем то, что сегодня происходит в наших отечественных судах. Когда прокурор говорит одно, адвокат другое, а судья понимает всё по-своему…

Напомним, шутливый вопрос – уверены ли Вы, что Вы правильно поняли, что Ваш собеседник правильно понял то, что Вы хотели бы, чтобы он понял?

Итак, исходя из своего предназначения, направленности и содержания, речь юриста должна ориентироваться на некую целевую аудиторию, которой может быть и один человек - подзащитный.

В частности, сказанное означает, что коммуникативная направленность речевого воздействия должна учитывать функциональный состав аудитории слушателей. Это приобретает особое значение в суде присяжных. Либо наши аргументы адресованы профессиональному судье, рассматривающему доводы ходатайства защитника об исключении недопустимых доказательств, либо мы обращаемся к присяжным заседателям, принимающим решение о достоверности или недостоверности доказательств.

Когда юрист общается со своим клиентом или родственниками своего подзащитного, то, содержание и форма общения одна. Если же тот же юрист общается со следователем, то, коммуникация строится иначе. И наиболее ответственное построение общения возлагается на юриста в публичных выступлениях, наиболее сложными из которых являются судебные прения.

Зная вышесказанное, опытный юрист направляет свои коммуникативные усилия сообразно категории слушателей, будучи озабоченным тем, чтобы быть правильно понятым своей аудиторией, даже если это один слушатель.

Соответственно, при подготовке своего выступления профессионал юрист планирует, ЧТО сказать, КОГДА сказать и КАК сказать, чтобы добиться полного понимания со стороны своих слушателей.

Понимание выступает необходимым условием убеждения.

Последнее обязывает юриста осуществлять контроль над тем, чтобы быть понятым. Считается, что верхом профессионализма является умение держать аудиторию под контролем в течение всего времени своего выступления. Как то на нашем занятии мы предложили слушателям обратить внимание на выступления адвокатов в суде кассационной инстанции. Безусловно, пятиминутное формальное подтверждение согласия с поданной кассационной жалобой вряд ли является показателем профессионализма адвоката. И мы можем привести другой пример, когда мы проводили методическое занятие по подготовке и проведению реального выступления адвоката в суде кассационной инстанции.

Один из наших слушателей, адвокат, поддерживая в соответствии с разработанным нами планом кассационную жалобу в суде кассационной инстанции, более двух часов «убеждал» Судебную коллегию в правильности доводов защиты. И Судебная коллегия удалилась для принятия решения на …четыре дня. В результате Судебная коллегия изменила приговор, исключив три эпизода из четырех эпизодов обвинения, освободив осужденного из-под стражи. Это очевидный результат того, что нашему адвокату при соответствующей предварительной подготовке удалось добиться понимания у судей Судебной коллегии. Очевидно, что именно этого не может добиться большинство адвокатов, принимая во внимание судебную статистику.

Примечание. В основу тактического плана было положено следующее. В суде второй, кассационной инстанции доводы кассационной жалобы и материалы дела изучает, в лучшем случае, только один судья – докладчик. Два других судьи, как правило, понятия не имеют ни о содержании кассационных жалоб, ни о существе уголовного дела. Поэтому рассчитывать на их объективность нельзя.

Значит, необходимо убедить этих двух судей в значимости доводов защиты.

Наш адвокат в суде кассационной инстанции предпринял попытку донести до этих двух судей, в том числе, председательствующего в Судебной коллегии, основные доводы кассационной жалобы и дополнений к ней. Не без труда, но, это удалось настолько, что судьи вышли из совещательной комнаты и сказали, что решение не принято. Окончательное решение будет объявлено в понедельник (кассация состоялась в четверг). Видимо, у судей возникли вопросы, и они хотели получить на них ответы, принимая во внимание активность адвоката.

…  …  …

В завершение отметим, что речь юриста профессионала, всё сказанное им должно быть убедительным не только по своему смысловому содержанию и форме подачи информации, но, также и по способам коммуникативного процесса. Иными словами, убеждающим воздействием обладает не только то, о чём мы говорим, но, также то, как мы это делаем.

При получении высшего юридического образования будущие юристы в обязательном порядке приобретают знания юридической аргументации, юридической риторики, юридической психологии, и на этой основе формируются навыки и умения публичного выступления, которое должно быть ярким, убедительным и запоминающимся. Для этого профессиональный юрист, как оратор, должен обладать и определенными артистическими навыками. Ведь большинство людей поддаются убеждению со стороны по внешнему виду убеждающего, по его манерам одеваться, говорить, вести себя. Бедно одетый адвокат всегда пасует перед адвокатом в дорогостоящем костюме, с дорогими часами, приехавшим на роскошной машине с водителем и помощниками, ведущим себя вальяжно и нарочито уверенно. Особенно, если этот адвокат широко разрекламирован в СМИ. Мы говорим об этом и с учётом того, что при общении с судьями чрезмерная напыщенность адвоката и его необдуманная бравада, не подтвержденные сильной позицией по делу, могут привести к прямо противоположному эффекту отторжения.

Крах неизбежен, если юридическая аргументация такого адвоката не будет соответствовать его внешнему лоску. Если ожидания не оправдываются, то, разочарование и недовольство слушателей возрастают многократно. Эти предостережения начинающим юристам пришли к нам из уст великих древнегреческих и римских ораторов. Как говорится, - надо знать меру во всем, и в еде, и в словах, и в поступках. Перебор не менее опасен, чем недобор!

Нашим читателям мы также рекомендуем воздерживаться от первого впечатления по внешнему виду. Зачастую это оказывается обманчивым. Не всё то золото, что блестит. Обратное неверно. Неказистый адвокат, скорее всего, действительно окажется таковым. Но, что означает …неказистый?! Понимая это как «неприметный», мы вновь можем ошибиться…

Социологические исследования в области психолингвистики показали, что менее 10% информации, передаваемой от одного собеседника к другому, усваивается в результате речевой коммуникации. Почти 40% информации воспринимается при её звуковом выделении – громкостью сказанного, интонацией, выделением ударением, паузами и т.п. Более 50% информации мы получаем в результате невербального воздействия – визуальных сигналов мимикой, жестами, прикосновением, пристальным взглядом, позой, особыми положениями и движениями тела и пр.

Таким образом, юрист профессионал, деятельность которого связана с юридической коммуникацией, должен обладать соответствующими навыками убеждающего воздействия на окружающих во всех его проявлениях…

Нелишне заметить, что один профессионал должен уметь распознать другого. И тогда окружающие получат возможность насладиться общением двух профессионалов. Именно таковыми хотелось бы видеть судью, адвоката и прокурора в наших отечественных судах! Именно этого нам не хватает, и тогда уголовный процесс превращается в рутину…

 

(((YURISTAT)))