воскресенье, 19 ноября 2017 г.

Актуальные вопросы практики уголовного судопроизводства - надо ли восстанавливать срок апелляционного обжалования для вновь вступившего в дело защитника?


Надо ли новому защитнику восстанавливать срок апелляционного обжалования приговора, если на него уже была подана апелляционная жалоба осужденного?

Отвечая на наш вопрос, методист по уголовным делам Московской коллегии адвокатов «Александр Добровинский и партнёры» Александр Козлов, высказал собственное мнение:

Ситуация, обозначенная в Вашем вопросе, не редкость по уголовным делам, когда после нежелательного и, зачастую, неожиданного для осужденного и его родственников обвинительного приговора. Между недовольными подобным исходом родственниками осужденного и адвокатом защитником возникает конфликт и от адвоката отказываются или перестают оплачивать его услуги. Для поиска и приглашения другого защитника требуется время. И если контакты с осужденным у родственников затруднены по причине его нахождения под стражей, то, время на поиск нового адвоката может превысить 10 суток, считая от даты провозглашения приговора.
Напомню, что в соответствии с ч.1, ст.389.4 УПК РФ, апелляционная жалоба может быть подана в течение 10 суток, после вынесения приговора. Поэтому, мы рекомендуем осужденным сразу после получения копии приговора и в любом случае, не дожидаясь истечения 10-дневного срока после его оглашения, подавать в суд «краткую», как мы её называем, апелляционную жалобу. В последующем, в соответствии с ч.4, ст.389.8 УПК на приговор может быть подана дополнительная апелляционная жалоба.
Отметим также, что если адвокат, участвовавший в суде первой инстанции в качестве защитника, не подаст апелляционную жалобу на приговор, с которым осужденный не согласен, то, это будет расценено квалификационной комиссией Адвокатской палаты, как дисциплинарный проступок и адвокат будет привлечён к ответственности.
Итак, как быть, если защитник, участвовавший в суде первой инстанции, подавший первоначальную апелляционную жалобу, заменён на другого защитника уже после истечения срока апелляционного обжалования? И ему надо подавать дополнения к этой первоначальной апелляционной жалобе.
На практике адвокаты, вступившие в дело после истечения 10-дневного срока, предусмотренного в ст.389.4 УПК, подают ходатайство о восстановлении им срока апелляционного обжалования на том основании, что они вступили в дело в качестве защитника уже после истечения срока апелляционного обжалования приговора.
Однако, уголовно-процессуальный закон не требует этих действий, поскольку они не прописаны в законе. Право на защиту и право на замену защитника или приглашение ещё одного защитника не могут создавать конкуренцию в применении законов, которые с одной стороны, гарантируют право на защиту. А с другой, регулируют производство в суде апелляционной инстанции.
Апелляционное обжалование приговора – это самостоятельная стадия уголовного судопроизводства. Она начинается после истечения 10 суток от даты приговора, при условии, что в этот 10-дневный срок подана апелляционная жалоба (или апелляционное представление прокурора). Если осужденный или его защитник подали апелляционную жалобу, то, это означает реализацию ими своего права, предусмотренного в ч.1, ст.389.1 УПК. После чего, начинается стадия производства по уголовному делу в суде второй (апелляционной) инстанции. Хотя, уголовное дело ещё не поступило в суд второй инстанции и судебное заседание в судебной коллегии не назначено. Это аналогия тому, когда уголовное дело поступило в суд первой инстанции, но, судебное заседание ещё не назначено. Так и здесь. Начата подготовка к направлению уголовного дела в суд второй инстанции. Эти действия могут быть прекращены отзывом апелляционной жалобы, или приостановлены возвратом апелляционной жалобы для устранения недостатков, что предусмотрено в ч.4, ст.389.6 УПК РФ.
Значит, в последующем, замена защитника происходит на этапе подготовки дела к направлению в суд апелляционной инстанции. И, в этом случае, положения Главы 45.1 УПК РФ не предусматривают лишение осужденного права поручить новому защитнику подготовку дополнительной апелляционной жалобы к ранее поданной осужденным или предыдущим защитником. И новому защитнику нет необходимости просить восстановить срок апелляционного обжалования, поскольку он не был пропущен стороной защиты. Именно пропуск срока апелляционного обжалования является нормативным условием для реализации права на восстановление этого срока.
Более того, вновь вступивший в уголовное дело защитник вправе изменить доводы первоначальной апелляционной жалобы, если это улучшает положение осужденного.
Согласно ч.1, ст.389.8 УПК принесение апелляционной жалобы приостанавливает исполнение обжалованного приговора. Соответственно, стороной защиты может быть подана дополнительная апелляционная жалоба вне зависимости от того, кем персонально подана первоначальная апелляционная жалоба. Правовое значение имеет процессуальная фигура защитника, а не личность конкретного адвоката, выполняющего функцию защитника в данный момент или при выполнении данных действий. Например, в деле участвуют два защитника. Один из них подал апелляционную жалобу, а второй дополнил ею своими доводами. Будет абсурдным требовать от второго защитника подавать ходатайство о восстановлении ему срока апелляционного обжалования.
Эти выводы подтверждаются системным толкованием уголовно-процессуального закона. Так, согласно ч.3, ст.248 УПК, замена защитника не влечёт повторения судом действий, которые были к тому времени совершены судом с участием предыдущего защитника. Поэтому, если первым защитником подана апелляционная жалоба, то, для стороны защиты решён вопрос с началом процедуры апелляционного производства. Значит, новому защитнику нет необходимости заново решать вопрос об этом. Да, и нет смысла, поскольку срок апелляционного обжалования не был пропущен стороной защиты и поэтому нет правовых предпосылок для его восстановления.
Проще говоря, вопрос о начале апелляционного обжалования может быть решён только один раз. После чего, сторона защиты действует по правилам производства в суде второй (апелляционной) инстанции. И, замена защитника или приглашение ещё одного защитника не возвращает уголовное дело на предшествующую стадию уголовного процесса – в суд первой инстанции, где решается вопрос о принятии апелляционной жалобы и начале подготовки уголовного дела к направлению на апелляцию. Так будет не только нормативно правильно, но, и разумно…





пятница, 5 мая 2017 г.

Налоговые проверки - серьёзное испытание для современного бизнеса...



БУДЬ ГОТОВ К НАЛОГОВОЙ ПРОВЕРКЕ


Когда организация получает уведомление о налоговой проверке, это известие всегда вызывает нервозность у работников организации, в обязанности которых входит оформление и хранение первичной документации о финансово - хозяйственной деятельности юридического лица. Здесь важно не только сохранять спокойствие, но, понимать, что сотрудники налоговых органов будут работать с документами. И от того, насколько документация юридического лица правильно и полно систематизирована, и подготовлена к предоставлению проверяющим, зависят выводы последних о соблюдении или несоблюдении проверяемым налогоплательщиком требований налогового законодательства.
Итак, ЧТО могут, а ЧТО не могут запросить налоговики у проверяемой компании?
 Предмет предстоящей проверки определён в решении о проведении проверки. Поэтому, знакомимся с решением налогового органа о назначении выездной налоговой проверки.
Там в обязательном порядке должна быть указана следующая информация:
1. Полное и сокращенное наименование проверяемой организации, место её нахождения и реквизиты налоговой идентификации – ИНН и пр.
2. Предмет проверки - налоги, правильность исчисления и уплаты которых налоговый орган намерен проверить. Периоды, за которые проводится проверка;
3. Должности, фамилии и инициалы сотрудников налогового органа, которым поручается проведение ревизии.
Из содержания первых двух пунктов мы узнаём, какие документы будут у нас запрашивать: по каким налогам (возможно, по конкретным контрагентам) и за какой период. Обращаем внимание, что в предмете проверки должны быть указаны конкретные налоги, которые налоговые органы намерены проверить. Абстрактная проверка не назначается.
Важен аспект, который часто упускается из вида при налоговой проверке: налоговики проверяют только правильность формирования налоговой базы и исчисления налогов, а также своевременность их перечисления в бюджет. И все! Помните, что сотрудники налогового органа не аудиторы! 
Поэтому, налоговики не имеют права требовать: 
- первичные бухгалтерские документы организации, не имеющие отношения к формированию налоговой базы! Это, в частности, любимые ими карточки счетов 60, 62, 76 и т. д. в разрезе контрагентов и договоров.
В связи со сказанным, можно сослаться на судебную практику – постановление АС МО от 09.02.2015 № Ф05-17110/2014.
Сошлёмся также на нормы Налогового кодекса РФ, регулирующие отношения налогового органа с проверяемым налогоплательщиком (текст взят из нашего консультативного заключения на Акт выездной налоговой проверки):
·        налоговый орган вправе истребовать документы, обязанность ведения которых установлена законодательством о налогах и сборах (п.1 ст.126 НК РФ);
·        эти документы должны содержать информацию, служащую основанием для исчисления и уплаты налогов (подп.6 п.1 ст.23; подп.1 п.1 ст.31 НК РФ);
·        в ст.126 НК РФ нет упоминания о возможности привлечения юридического лица к налоговой ответственности за непредоставление документов, не предусмотренных налоговым законодательством. Иными словами, при истребовании документов, которые не соответствуют этим условиям, их предоставление будет являться правом, а не обязанностью проверяемого налогоплательщика (подп.11 п.1 ст.21НК РФ);
·        ФНС России указала, что налоговые органы не вправе истребовать некие документы, не являющиеся первичными бухгалтерскими документами (письмо ФНС РФ от 13.09.2012 №АС-4-2/15309@).
Суды тоже приходят к выводу, что истребование бухгалтерских документов, не являющихся первичными, неправомерно. Соответственно, предъявление штрафных санкций за их непредоставление будет признано судом незаконным (см. постановление ВС РФ от 09.07.2014 № 46-АД14-15).
Вместе с тем, надо понимать, что инспекторы имеют право истребовать документы у проверяемого юридического лица на основании ст.93 НК РФ.
В п.12 ст.89 НК РФ прямо указано, что в ходе проведения выездной налоговой проверки налоговый орган может истребовать необходимые для проверки документы в порядке, установленном ст. 93 НК РФ.
В этом случае, в требовании о предоставлении документов указывается перечень истребуемых документов (наименование, реквизиты, индивидуальные признаки, а также сроки, в течение которых они должны быть представлены налогоплательщиком). Таким образом, налоговый орган в рамках выездной проверки может истребовать практически любой документ, относящийся к проверяемому налогу и позволяющий проверить (установить) правильность его исчисления (в рамках предмета налоговой проверки). 
Сколько времени налогоплательщик обязан хранить эти документы?
Совсем недавно опубликовано письмо Минфина с ответом на этот вопрос (от 23.03.16 г № 03-02-08/16273). В этом письме Минфин указывает на хранение «первички», связанной с исчислением и уплатой налогов, как необходимость.
В связи с этим разъяснением Минфина, налоговые органы ссылаются на пп.8 п.1 ст.23 НК РФ, устанавливающий сроки хранения таких документов в течение не менее четырех лет. При этом речь идет не только о документах, хранящихся на бумажном носителе, но и об электронных базах документированных данных.
Надо иметь в виду, что если в разных нормативных правовых актах установлены разные сроки хранения одного и того же документа, то определять срок хранения документа надо по тому акту, который предусматривает больший срок. Однако, сроки хранения документов, установленных Налоговым кодексом, регулируются налоговом кодексом.
Для сведения, приводим таблицу со сроками хранения специальных документов:
Вид документа
Срок хранения
Документы, используемые для целей налогообложения, в т. ч. первичные документы и счета-фактуры
Четыре года после окончания налогового периода, в котором документ последний раз использовался для исчисления налога и составления налоговой отчетности (пп.8 п.1 ст.23, пп.5 п.3 ст.24 НК РФ, Письма Минфина от 02.03.2015 г №03-02-08/10499, от 22.07.2013 №03-02-07/2/28610, от 30.03.2012 №03-11-11/104, Информация Минфина №ПЗ-13/2015 (п. 2)).
Например, документы по основным средствам надо хранить в течение четырех лет, следующих за годом, в котором ОС будет:
·        или полностью самортизировано (письмо Минфина от 12.02.2016 №03-03-06/1/7604);
·        или ликвидировано;
·        или продано. Если ОС продано с убытком, то документы по нему надо хранить в течение четырех лет, следующих за годом, в котором такой убыток был полностью включен в расходы для целей налогообложения.
Регистры налогового учета и налоговая отчетность (декларации, расчеты авансовых платежей, справки 2-НДФЛ и т.п.)
Пять лет после окончания периода, за который они составлены (ст. ст. 382, 392, 394, 396 Перечня, утв. Приказом Минкультуры от 25.08.2010 №558).
Документы, используемые для начисления и уплаты страховых взносов (расчетно-платежные (форма N Т-49), расчетные (форма N Т-51) и платежные (форма N Т-53) ведомости, кассовые и банковские документы по выплатам работникам, больничные, платежные поручения на перечисление взносов, расчеты по страховым взносам и т.п.)
Шесть лет после окончания года, в котором документ последний раз использовался для начисления страховых взносов и составления отчетности по ним (пп.6 п.3.4 ст.23 НК РФ).
Документы по личному составу (т.е. документы, отражающие трудовые отношения), в т.ч. трудовые договоры, личные карточки (форма N Т-2), лицевые счета (форма N Т-54) работников, приказы и распоряжения о приеме на работу, переводе, увольнении, премировании и т.п.
Документы, созданные (п. 3 ст. 3, п. 3 ч. 1, п. 3 ч. 2 ст. 22.1 Закона об архивном деле):
·        до 2003 г., хранятся 75 лет со дня создания;
·        в 2003 г. и позже - 50 лет со дня создания.
Кассовые документы на выдачу зарплаты (в т.ч. расчетно-платежные (форма N Т-49) и платежные (форма N Т-53) ведомости)
Пять лет после окончания года, в котором составлен документ (ст. 412, п. 1.4 Перечня).
Но при отсутствии лицевых счетов (форма N Т-54) за этот год кассовые документы на выдачу зарплаты, созданные (п. 3 ст. 3, п. 3 ч. 1, п. 3 ч. 2 ст. 22.1 Закона об архивном деле):
·        до 2003 г., хранятся 75 лет со дня создания;
·        в 2003 г. и позже - 50 лет со дня создания.
Табели (графики), журналы учета рабочего времени
Пять лет после окончания года, в котором они составлены (ст. 586, п. 1.4 Перечня).
Но при отражении в документах по учету рабочего времени периодов работы во вредных или опасных условиях труда они хранятся (п. 3 ст. 3, п. 3 ч. 1, п. 3 ч. 2 ст. 22.1 Закона об архивном деле):
·        если созданы до 2003 г. - 75 лет со дня создания;
·        если созданы в 2003 г. и позже - 50 лет со дня создания.

Первичные документы, подтверждающие сумму убытка, надо хранить в течение всего срока переноса убытка плюс еще четыре года после окончания года, в котором убыток был полностью списан (пп. 8 п. 1 ст. 23, п. 4 ст. 283 НК РФ). Это надо делать и тогда, когда правильность расчета суммы убытка была подтверждена выездной налоговой проверкой (письмо Минфина от 25.05.2012 №03-03-06/1/278). 
Предъявлять оригиналы или копии? 
Обращаем внимание, что в силу п.12 ст.89 НК РФ работать с оригиналами документов налоговики могут лишь на территории проверяемого лица. Вместе с тем, из этого правила есть два исключения, а именно:
·        проведение выездной налоговой проверки на территории налогового органа;
·        выемка документов в соответствии с правилами ст. 94 НК РФ.
Поэтому в ходе любой налоговой проверки налоговики проводят ревизию полноты и правильности исчисления налогов на основании копий документов, представленных налогоплательщиком. Однако, это не исключает возможности для налогоплательщика представить на проверку и подлинники документов, чтобы не изготавливать их копии ввиду значительного объёма (постановление ФАС УО от 04.02.2008 №Ф09-107/08-С3 по делу №А76-1221/07).
Минфин России в письме от 20.02.2017 г № 03-02-08/9641 сообщил о полномочиях налоговых инспекций при выявлении нарушения требований к оформлению бухгалтерской (финансовой) отчетности. Единые требования к таковой отчетности установлены статьей 13 Федерального закона от 06.12.11 г за № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете". Налоговые инспекции не обязаны проверять соблюдение этих требований. Однако они вправе при проведении налоговых проверок выявлять грубые нарушения требований этого закона при составлении бухгалтерской (финансовой) отчетности. Понятие «грубого нарушения» раскрыто в статье 15.11 Кодекса РФ об административных правонарушениях. Если налоговый орган в ходе мероприятий налогового контроля выявит грубое нарушение требований к бухгалтерскому учету, в том числе к бухгалтерской (финансовой) отчетности, он вправе составить протокол об административном правонарушении с привлечением к административной ответственности виновного лица – руководителя налогоплательщика и/или главного бухгалтера.
Материал, приведённый в блоге, сформирован с целью сориентировать на серьёзное отношение к налоговым проверкам и необходимость привлечения к участию в них профессионально подготовленных представителей интересов налогоплательщика. Особенно, если споры с налоговым органом приобретают признаки не просто налогового правонарушения, а – налогового преступления.
В этом случае необходимо готовиться к противостоянию со следственными органами, а это уже чревато уголовным наказанием по ст.ст.198-199 УК РФ …
Контакты для обращения за юридической помощью:


воскресенье, 16 апреля 2017 г.

YURISTAT: мнение о праве адвоката отказаться от участия в судебных прениях...


           ==================================================================
РУБРИКА «МНЕНИЯ ОБ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ»

После обобщения поступивших от наших читателей вопросов, выбран только один, вскрывающий комплексный характер содержания обозначенной в одном вопросе проблематики уголовного судопроизводства. При этом, вопрос связан с реальным уголовным делом, рассмотренным в суде. По этому уголовному делу два адвоката защитника в знак протеста против действий судьи, отказались от участия в судебных прениях и удалились из зала судебного заседания.
Возник вопрос по поводу правильности таких действий адвокатов защитников.
Своё профессиональное мнение в отношении данной ситуации высказал наш постоянный эксперт – методист по уголовным делам Московской коллегии адвокатов «Александр Добровинский и партнёры» -
Козлов Александр Михайлович
В принципе, данная ситуация не представляет собой нечто из ряда вон выходящее и требующее сложного правового исследования. Подобные действия адвокатов, выражающих протесты против действий и решений должностных лиц – следователей, судей, осуществляющих производство по уголовному делу, - проявляются и в иных, куда более неадекватных формах. Но, смысл всех этих «протестов» один – активное выражение несогласия адвоката с тем, что происходит. Но, выразить несогласие можно и словом, и действием. Можно выразиться юридическим языком, а можно и нецензурно. И то, и другое характеризует вовсе не судью, а выразителя протеста.
Теперь о сути Вашего вопроса. Поведение адвокатов, связанное с осуществлением адвокатской деятельности, является предметом оценки со стороны специальных органов адвокатского сообщества, прежде всего, мы подразумеваем квалификационные комиссии Адвокатских палат соответствующих субъектов федерации.
Думаю, любая квалификационная комиссия не одобрит подобные протестные действия адвокатов, если адвокаты не предоставят какие-то весьма и весьма серьёзные и убедительные доводы о невозможности выступать в судебных прениях и вынужденном характере заявленного ими отказа от участия в судебных прениях. Сразу отмечу, что судебные прения – это важнейший элемент судебного разбирательства, где сторона защиты получает возможность представить суду окончательную позицию защиты, подкреплённую не только всеми исследованными в судебном разбирательстве доказательствами, но, и доказательствами, которые суд отказался собирать, проверять и оценивать. Второе нередко бывает более эффективным способом защиты, чем оспаривание оценки доказательств обвинения, высказанной суду стороной обвинения.
Например, суд ограничил адвоката защитника в возможности обсудить и согласовать со своим подзащитным окончательную позицию защиты в судебных прениях. Судебное заседание состоялось в пятницу, а уже на понедельник судья назначил судебные прения. Поэтому, адвокат не имеет возможности высказать суду несогласованную с подсудимым позицию защиты. Если и подсудимый заявит, что позиция адвоката с ним (подсудимым) не согласована и подсудимому требуется встреча со своим адвокатом до проведения судебных прений, то, лишение подсудимого такой возможности будет означать нарушение его права на защиту… Чтобы этого не допустить, адвокат не может выступать в прениях, пока не согласует свою правовую позицию со своим подзащитным. Это применимо и для следственных действий. Более подробно мы рассматриваем такие ситуации в рамках тематики нашего Спецкурса подготовки защитников по уголовным делам.
Схожая ситуация может возникнуть при внезапной замене адвоката, не принимавшего участия в судебном разбирательстве с самого начала. Вновь вступивший в судебный процесс адвокат должен ознакомиться с тем, что происходило в суде до него, т.е., ознакомиться с протоколом судебного заседания. Здесь же отметим, что адвокаты крайне редко требуют от суда ознакомления с протоколом судебного заседания до начала судебных прений. Что, в случае отказа со стороны суда (председательствующего судьи), позволяет адвокату обратиться в Конституционный Суд с соответствующей Жалобой. И т.д.
Но, здесь представляются более важными процессуальные аспекты.
Адвокат не может отказаться от принятой на себя обязанности защиты. Отказ участвовать в судебных прениях – это неисполнение обязанности по защите в заключительной части судебного разбирательства, когда в квалифицированной защите возникает самая насущная необходимость.
Во-вторых, если рассуждать о якобы «протесте» со стороны адвоката, выраженном в форме отказа от участия в судебных прениях, то, по сути, адвокат просто «бросает» своего подзащитного на произвол судьбы. При этом, адвокат прекрасно знает, какие последуют действия судьи, так как эта ситуация исчерпывающе урегулирована положениями ст.50 УПК РФ. Судья предложит подсудимому пригласить другого защитника и отложит судебное заседание на 5 суток. После чего, если подсудимый не пригласит другого защитника, то, судья назначит защитника (ч.ч.3,4, ст.50 и ч.ч.1,3, ст.51 УПК РФ). После чего вопрос о «демарше» адвоката превратится в риторический – и что полезного сделал адвокат, «бросив» своего клиента в самый сложный момент? (не надо забывать, что после прений сторон следуют реплики, а затем и последнее слово подсудимого, от которого некоторые адвокаты рекомендуют отказаться, хотя в этом не только нет никакой необходимости, но, последнее слово может оказаться решающим, особенно, в суде присяжных).
Вряд ли надо говорить, что вхождение в процесс защитника по назначению – это означает обречь подсудимого на отсутствие защиты, на ухудшение положения подсудимого (опять же, отметим, что если сравнивать участие в судебном процессе защитника по соглашению, неспособного оказывать квалифицированную защиту, с участием того же защитника по назначению, часто называемого «карманным адвокатом», то, особой разницы может и не быть. Разве что, подсудимый сможет сэкономить на расходах, если не тратиться на адвоката по соглашению. Впрочем, здесь всё не так просто и требуется отдельное обсуждение эффективности участия адвоката защитника в судебном процессе).
Теперь о возможностях защиты в случаях, если судья препятствует защите в реализации своих процессуальных прав. Например, права на представление доказательств. Именно в судебных прениях защитник получает возможность поставить под сомнение выводы прокурора государственного обвинителя, основанные только на доказательствах со стороны обвинения, доводами о неполноте судебного разбирательства, поскольку при активном воспрепятствовании со стороны прокурора и суда, в судебном заседании не были исследованы доказательства, которые опровергают доказательства обвинения. Например, сведения о наличии алиби, которые суд отказался истребовать по ходатайству со стороны защиты. Или суд не выяснил вопросы, на которые мог дать ответы свидетель, которого судья отказался вызывать в судебное заседание. И т.д. Но, здесь необходимо исходить из того, что доводы защиты должны быть реальными и действительно ставящими под неустранимое сомнение правильность утверждений государственного обвинителя, а ранее – следователя в обвинительном заключении. Если же адвокат заявляет о нарушении права на защиту, когда судья (суд) отказал в удовлетворении ходатайства защиты, а в действительности в удовлетворении такого ходатайства никакого смысла не было, то, такие действия защитника нельзя назвать квалифицированной защитой. Здесь необходимо изучать конкретную ситуацию и конкретные доводы защиты в конкретном ходатайстве (жалобе).
Возвращаясь к заданному вопросу, мы можем высказать следующее мнение:
Отказ адвоката защитника от участия в судебном или следственном действии допустим лишь в самом крайнем случае. Когда участие в таком судебном или следственном действии защитника может нанести вред законным правам и интересам обвиняемого, подсудимого. И свой такой отказ адвокат защитник должен уметь убедительно аргументировать соответствующими доводами. Причём, правильными, а не надуманными.
При этом, отказ участвовать в судебных прениях не обязательно должен сопровождаться уходом из зала судебного заседания. Вот это второе – представляется недопустимым. Защитник не может «бросить» своего подзащитного, которого нельзя оставлять один на один с судьёй или, тем более, со следователем. Это действительно опасно. Здесь мы исходим из того, что в судебном заседании профессиональный защитник использует диктофон для фиксации всего происходящего (иногда мы рекомендуем отказаться от услуг адвоката, участвующего в судебном заседании без диктофона – это тоже отдельная тема для обсуждения, включённая нами в тематику нашего Спецкурса подготовки защитников по уголовным делам). Защитник должен оставаться в зале судебного заседания и осуществлять иные свои процессуальные полномочия, а не ограничиваться отказом от участия в судебных прениях. Защитнику надо чётко и ясно разъяснить суду невозможность своего участия в судебных прениях, поскольку не обеспечено право подсудимого на защиту. Надо ходатайствовать об отложении судебного заседания на разумный срок, чтобы адвокат смог пообщаться со своим подзащитным (нет никакой трудности в том, чтобы добиться отложения судебного заседания для подготовки к судебным прениям).
Если же говорить об отказе защитника участвовать не только в судебных прениях, а вообще, в судебном заседании на том основании, что судебное заседание проводится необъективно, с обвинительным уклоном, то, подобное абсолютно неприемлемо. Действия и/или решения судьи, с которыми защитник не согласен, могут и должны быть обжалованы в установленном УПК РФ порядке, не предусматривающем отказ адвоката от участия в следственном (судебном) действии. Адвокат должен заявить возражения против незаконных действий судьи и, кстати, как он это сделает, если покинул зал судебного заседания.
Протестовать можно и нужно, если имеются основания. Но, уйти из зала судебного заседания адвокат вправе только в одном случае – если подсудимым (обвиняемым) заявлен отказ от услуг данного адвоката. В этом случае адвокат не может осуществлять защиту такого лица.
===============================================================
Модераторы публикации: Сергей Хейман и Владимир Панарин


           ==================================================================


суббота, 25 марта 2017 г.

Помощь по уголовному делу должна быть эффективной...


Из дидактических основ СПЕЦКУРСА
подготовки защитников по уголовным делам

Чтобы адвокат являлся защитником и профессиональным советником в уголовном деле, адвокату самому надо знать, как правильно действовать в той ситуации, в которой оказался его клиент… Это умение зависит от качества подготовленности адвоката к действиям процессуальных оппонентов - следователя, судьи… Если действия противоположной стороны стали неожиданными для адвоката – это свидетельствует о его недостаточной подготовленности к оказанию квалифицированной юридической помощи… Если адвокат не знает, что делать, оставлять такого адвоката в качестве единственного защитника опасно… В такой ситуации клиенту имеет смысл задуматься над приглашением второго, более подготовленного адвоката или даже воспользоваться правом замены защитника.
Рекомендация адвоката должна быть безошибочной, иначе даже незначительная оплошность, допущенная адвокатом, может оказаться роковой для судьбы подзащитного… Это касается не только выработки концепции защиты в целом, но, и отдельных элементов реализации плана на защиту…
Что ответить следователю на его вопросы?
Надо ли просто подписать протокол или внести в него замечания?
Можно ли заявить ходатайство? Нужна ли жалоба?
Таких вопросов возникает множество и надо знать на них ответы. От правильности ответов зависит слишком многое, чтобы ограничиться молчанием. Хотя, бывает, что лучше отказаться от диалога. Это -  пассивная защита. Которая всегда менее эффективна, чем защита активная. А это уже искусство. Искусство защиты, которым не каждый адвокат владеет в совершенстве.
Какой Вы защитник? Способны ли Вы мыслить, как защитник? Что бы Вы порекомендовали своему подзащитному в конкретной ситуации, когда следователь или судья говорят или действуют определённым образом? Сможете ли Вы предложить своему клиенту альтернативу в выборе поведения?
Всё это мы обсуждаем на наших занятиях по программе Спецкурса подготовки защитников по уголовным делам…
В мае 2017 года планируется круглый стол с обсуждением результатов проведённого нами в марте 2017 года методического занятия в реальных следственных действиях. Тема – «эффективность защиты при предъявлении обвинения и допросе обвиняемого».
Желающие принять участие в обсуждении могут направить свои заявки на электронную почту – mail@advocat.online
҉
Информация о темах занятий Спецкурса и других проектах YG будет размещена на веб-сайтах навигаторах (находятся в разработке) -
и веб-сайте администратора интернет-проектов YG
҉
Предложения о сотрудничестве направлять на электронную почту –
҉